У меня был глюк: Гили Лев Ари

Гили Лев Ари родилась в 1978 году, живёт и работает в Тель-Авиве. С самого начала её привлекали классическая живопись и европейская эстетика. Она пишет маслом на холсте в фигуративно-реалистической манере, создавая небольшие и средние по формату работы с тщательно проработанной отделкой и яркой цветовой гаммой. В центре её творчества находятся не сама живопись и не её формальные компоненты, а нарратив, выбор образов и процесс их присвоения.

Её работы посвящены осознанному китчу, сочетающему юмор, намёк на сексуальность и образ лёгкой, но вместе с тем слегка макабрической женственности. Среди образов, появляющихся в её картинах, — сладости, декоративные предметы и игрушки, в том числе миниатюрные черепа, продающиеся в магазинах для творчества или в магазинах «всё по доллару». Она выбирает размещать декоративные предметы — например, ароматические мыла и украшения — на блестящих атласных холстах, создавая весёлый, синтетический и дешёвый мир, который пишет в традиционной, тщательно выверенной технике, считающейся «высокой техникой». Многочасовой процесс живописи подчёркивает напряжение между предметом и способом его изображения, одновременно наделяя его новым статусом и возвышая его.

Выбор предметов и их размещение рядом друг с другом напоминают Лев Ари миниатюрный кураторский жест. Она создаёт для себя своеобразную живописную «шкатулку 2028/2029»: собрание красивых, блестящих, детских и слегка глуповатых вещей, которые искушают зрителя и пробуждают в нём желание разглядывать, желать и присваивать. На её работы повлияли голландские картины ванитас, создающие иллюзорную и притягательную красоту наряду с ощущением преходящести, тленности и пониманием того, что всё проходит, — суеты сует. Одновременно Лев Ари вдохновляется поп-артом и его интересом к статусу «низких» предметов и сюжетов в высокой культуре, а также к размыванию границ между повседневным и дешёвым, с одной стороны, и возвышенным — с другой. Среди источников её вдохновения — художники 1960-х годов, в том числе Уэйн Тибо и Клас Ольденбург, а также современные художники Уилл Коттон и Дэвид Лашапель. Ещё один источник вдохновения — эстетический мир современной поп-культуры: тщательно поставленные и помпезные видеоклипы таких звёзд, как Мадонна, Бейонсе, Бритни Спирс и Леди Гага, реалити-шоу и трэш-программы на канале E!, а также недорогая мода для массового потребителя. Этот мир, переполненный рекламой и притягательными миниатюрными образами — прежде всего образами, появляющимися в Instagram, — пробуждает постоянное стремление к роскоши, присвоению, украшательству и ощущению богатства, которое так и не приносит удовлетворения.

Таким образом, её картины посвящены также тоске по декоративным предметам и роскоши, воплощающим идеал красоты и одновременно несущим в себе потенциал смерти. Красота представлена не только как нечто невинное, но и как притягательная сила, в которой есть что-то искусственное, чрезмерное, преходящее и порой макабрическое.

В отличие от изобилия и нагромождения, среди которых предметы обычно существуют в потребительском и повседневном пространстве, Лев Ари изолирует их и наделяет почти культовым присутствием. На холсте они превращаются в объекты созерцания, желания и восхищения. Реальность на мгновение меняет свой ритм, и возникает атмосфера тишины, интимности, влечения и соблазна. С помощью живописи она стремится вызвать у зрителей желание обладать и присвоить себе как сами работы, так и изображённые на них предметы — подобно тому, как она сама стремится присвоить и пожелать всё красивое, блестящее, детское и слегка глуповатое.

Редактор: д-р Амит Кама