Художница: Ханан Абу-Хусейн
Приглашённая художница: Ярин Абу-Хамда
Куратор: Мааян Исраэли

Когда же это закончится?

Изнурительный и трудоёмкий физический процесс, связанный с творчеством Ханан Абу-Хусейн, остаётся очевидным в её работах. Наряду с ним в произведениях проявляются узоры, возникающие в результате повторяющегося и циклического действия. Сами постоянные повторы в работах выражают бесплодность деятельности, не имеющей ни начала, ни конца, смену времён года и круговорот жизни. Так, например, шерстяная занавесь, встречающая нас у входа в пространство галереи, связана с обычаем, согласно которому перед каждой зимой раскрывают одеяла, матрасы и подушки, высвобождают из них наполнитель, проветривают его, возвращают на место — и снова повторяют всё сначала в сизифовом действии, которое, хотя и приносит пользу, не имеет видимой конечной точки и обречено повторяться на протяжении долгих лет.

Повторяющиеся практики предлагают душе успокоение — подобное тому, что дают повторение мантры, молитва или медитативное действие, освобождающее от навязчивых мыслей. Они также создают последовательность, ритм и структуру, а вместе с ними — ощущение контроля и самодисциплины. Однако другая сторона повторения иногда выражает не поддающуюся контролю или остановке навязчивость, проявление беспокойной, изнуряющей одержимости.

Избыток, чрезмерность и множественность, возникающие вследствие повторения, одновременно наполняют пространство материнским теплом и экзистенциальной тревогой: на мгновение погружают нас в переживание остановки, а в следующий миг порождают клаустрофобию и острую потребность найти ближайший путь к отступлению.

Абу-Хусейн обычно работает с простыми повседневными материалами, несущими историческую, гендерную и культурную нагрузку, — например, с водопроводными трубами и соединениями, составляющими работу The Destruction of the Father VII. Эти материалы отсылают к «грязной» мужской работе, однако здесь создают трёхмерный рисунок, наполняющий выставочное пространство замкнутым и всеобъемлющим присутствием и одновременно — лёгкостью и воздушностью. В созданном в пространстве лесу труб можно заблудиться, но на протяжении всего пути сохраняется визуальная связь с внешним миром, с убежищем, находящимся по другую сторону этой водопроводной машрабии.

В противоположность «мужским» материалам, из которых Ханан создаёт свои работы, существуют и произведения из «женских» материалов — например, работа из пуговиц и вышивальных ниток, вдохновлённая матерью художницы, которая занималась шитьём. Однако благодаря преувеличенным размерам они вызывают сюрреалистическое чувство угрозы. Или спираль из крошечных кукол-младенцев, которая вместо того, чтобы служить игрушкой для девочек и пробуждать в них материнское чувство, вызывает у нас дискомфорт и ощущение боли, порождённые множественностью, ранящим соединением и отношением к кукле как к элементу без ярко выраженной гендерной характеристики.

Работы представлены в одной из множества возможных версий, поскольку в силу своей фрактальной природы они могут бесконечно расти, развиваться и менять форму. Фракталы создают органические узоры, добавляющие целому новые смысловые пласты и поднимающие вопросы о нашем месте в обществе. Что делает отдельный элемент значимым внутри множественности? Что означает его существование в толпе? И что произойдёт, если он выйдет из неё?

Контактное лицо: Ноа Вайс-Симон
Телефон: 02-5468892